Михаил Герасимов (mumis34) wrote,
Михаил Герасимов
mumis34

Categories:

Капиталистический госсоциализм имени народного губернатора Тулеева / Старая гвардия / начало

Оригинал взят у mamlas в Капиталистический госсоциализм имени народного губернатора Тулеева / Старая гвардия / начало
Ещё мэры и губернаторы России здесь и здесь

У вас тут Советский Союз какой-то
Как Аман Тулеев выстроил Кузбасс вокруг себя — и что теперь будет с регионом. Репортаж Таисии Бекбулатовой / Истории

Глава Кемеровской области Аман Тулеев управляет Кузбассом уже 20 лет — дольше, чем у власти находится Владимир Путин. В своем регионе губернатор установил свои правила: здесь бизнес в добровольно-принудительном порядке вкладывает сотни миллионов рублей в государственные социальные программы, за поимку снежного человека предлагают деньги, а те, кто не готов играть по правилам Тулеева, рискуют своими должностями и иногда вынуждены покидать Кузбасс. ©

Ещё с Бекбулатовой: Кто здесь не всегда был за власть, а также Не могу принять наград!


Аман-Гельды Гумирович (Молдагазыевич) Тулеев / Фото: Михаил Почуев

Последние несколько месяцев Тулеев находится на лечении в Москве — но к смене власти в регионе, судя по всему, не готовы ни сам губернатор, ни его подчиненные. Спецкор «Медузы» Таисия Бекбулатова отправилась в Кемерово, чтобы разобраться в том, как работает «кузбасский социализм», и понять, что будет с областью после Тулеева.

Городок Березовский расположен в 27 километрах от областной столицы Кемерово: бедные серые пятиэтажки, вокруг — частный сектор. За воротами, на которых облезает зеленая краска, виднеется небольшой кирпичный дом с огородом и сараем. В полдень к нему по грунтовой дороге подъезжает запылившаяся серая «лада» с наклейкой «Спасибо деду за Победу». У ворот ждут хозяин дома — многодетный отец Геннадий Стрелюк — и представители областной и городской администрации.

Из машины выходят двое крепких мужчин и открывают багажник: в нем на картонке лежат испуганно глядящие на людей баран и овца. «Барашка и ярочку», как нежно называют их чиновники, торжественно извлекают и несут в сарай; представитель областной администрации довольно докладывает, что порода у них — мясо-сальная.

Вручать овец многодетным семьям в Кемеровской области начали в 2015 году по инициативе губернатора Амана Тулеева — для обеспечения «продовольственной безопасности и социальной защиты». Всего за это время по барану и овце получила тысяча семей. Это не единственная губернаторская акция такого рода: за последние годы, как отчитывается администрация, жителям выданы тысячи кур-несушек и «кроличьих семей», коровы с прилагающимся к ним сеном, тонны угля, овощные наборы, семена лука-севка, огурцов и свеклы, тонны посевного картофеля, саженцы яблони, смородины, жимолости и малины и многое другое. «Ветеранам Кузбасса» выдают скандинавские палки (для ходьбы), «детям Кузбасса» — велосипеды. Сообщения о том, как губернатор заботится о жителях, составляют значительную долю новостей с официального сайта Кемеровской области. Еще один его раздел посвящен йети, к которому губернатор испытывает особый интерес, — за поимку снежного человека в лесах Кузбасса Тулеев обещал миллион рублей, но пока с задачей так никто и не справился.

Социальных льгот и программ огромное количество: для многодетных, пенсионеров, выпускников, студентов, людей с инвалидностью и даже новорожденных. В описании каждой обязательно указывается, что придумана она лично Аманом Тулеевым; чтобы получить помощь, нужно написать заявление на его имя. «Я помню, губернатор рассказывал историю, как [в детстве] все его сверстники уже катались на велосипеде, и ему тоже очень сильно хотелось велосипед, и он, конечно, с определенным таким настроением на это все смотрел. И вдруг этот велосипед у него появился. Он был счастлив, — рассказывает мэр Кемерово Илья Середюк. — Когда мы выдаем велосипеды одаренным детям из семей, которые не могут себе их позволить, мы вкладываемся в их развитие, отнимаем их у улицы, у плохой компании». По словам чиновника, цель таких программ — чтобы молодые люди «чувствовали себя наравне со сверстниками»: например, малоимущим выпускникам выдают десять тысяч рублей, чтобы они могли купить себе наряд на выпускной.

«Губернатор нас направляет думать о человеке, как будто это твой самый близкий родственник, твой брат, твоя мама, твой сын. Бывают ситуации — выбили окно, кому-то надо помочь на лечение, зубы вставить — это мы делаем в точечном режиме. Если человек оказался в такой ситуации и я ему не помог, то губернатор строго с нас спросит», — объясняет Середюк сложившуюся в области систему «социальной ответственности бизнеса и власти», которую за пределами региона окрестили «кемеровским социализмом» (местные чиновники, впрочем, этот термин не любят).

«Здесь в определенном смысле осталась эта советская психология: о тебе заботятся, тебя не бросят, государство о тебе подумает, — добавляет бывший депутат горсовета Новокузнецка от „Патриотов России“ и директор местного телеканала „Ново-ТВ“ Ростислав Бардокин. — Когда зарплату на шахте не выплачивают, появляется Тулеев, стучит кулаком, отправляет туда силовиков — как люди это должны воспринять? Люди видят: Тулеев — это человек, который думает о них». Председатель областного Совета народных депутатов Алексей Синицын уверен — «здоровый патернализм» Тулеева в отношении жителей региона — залог лояльности населения власти: «Люди же в душе конформисты, с протестом внутри — единицы».

Впрочем, есть в регионе и те, кто не уверен в эффективности сложившейся системы. Мэр Новокузнецка Сергей Кузнецов отмечает, что она «во многих случаях порождает у молодого поколения иждивенческие настроения» и что нуждающихся надо находить «избирательно», а не «рассеивать всю помощь». «Когда у нас в одном месте открывается новое производство, в другом человек на скамейке сидит и гнусавит: работы нет, шахта закрылась, обо мне никто не думает, — рассуждает заместитель директора компании „Кузбассразрезуголь“ Николай Овчинников. — Не должно так быть. Вот в этой части, я считаю, сознание у нас не перевернулось. Армянин ищет работу, едет в другую страну на заработки, с Украины, с Молдовы тоже едут. А у нас [в области] около 30 тысяч рабочих мест и 30 тысяч безработных. Сегодня из Новокузнецка в Кемерово можно проехать за два часа — не лениться, а ехать и работать. На выходной приедешь, с женой поворкуешь и опять на заработки. Таким должно быть сознание, а не просто — кто-то тебе принес и подал».

Сам Тулеев говорил, что от социальных льгот администрация Кузбасса не откажется никогда — «несмотря ни на какие трудности». Овец в хозяйство Стрелюка при этом привезли из расположенного неподалеку животноводческого комплекса — социальные программы в регионе часто финансирует бизнес, а не государство.


Власти дарят барана Геннадию Стрелюку. Березовский, Кемеровская область, 13 июля 2017 года

«Хочешь нормально работать, давай договоримся»

«У меня все переплетается: я и губернатор — нужно заниматься экономикой региона, — и политик», — говорил сам Тулеев, который давно уже пользуется экономическими инструментами для достижения политических результатов. Губернатор любит яркие жесты. Например, в апреле 2016 года он, фактически присвоив себе федеральные полномочия, заявил, что запрещает в области деятельность коллекторов, пригрозив «пересажать» половину из них (закон приняли на следующий день, но потом его опротестовала прокуратура). На другом совещании, рассказав о жалобах жителей на проблемы со скорой помощью, Тулеев тут же обратился к одному из заместителей: «Вот вам просто приказываю — срочно купить 20 машин!» И добавил, что другой заместитель — по угольной промышленности — обеспечит финансирование «в счет соглашения».

Практика договоренностей между властями региона и бизнесом о «социально-экономическом сотрудничестве» в Кузбассе существует давно. Ввел ее, разумеется, Тулеев. В ежегодных соглашениях среди прочего прописывается, каких показателей в будущем году должна достичь компания (например, сколько тонн угля добыть), сколько денег она потратит на обеспечение безопасных условий труда, соцзащиту работников и ветеранов, на сколько она повысит зарплату работникам и куда направит инвестиции. Частные предприятия отчитываются перед областью также о том, сколько средств они отдадут на социальные программы области — часто это сотни миллионов рублей. Например, в 2017 году компания «Кузбассразрезуголь» потратит на финансирование социальных программ 228 миллионов рублей (еще почти полмиллиарда уйдут на социальную поддержку работников и ветеранов компании). Такие соглашения с администрацией заключают все крупные компании в Кемеровской области, в первую очередь угольные. «Уголь — это национальное богатство жителей нашей страны, — пояснял Тулеев. — Оно принадлежит не только компаниям».

«Вопросы социальной защиты находятся в приоритете у руководства области. И не всегда бюджетные средства позволяют эти вопросы решать в полной мере. Поэтому находят некие иные, дополнительные средства», — объясняет замдиректора «Кузбассразрезугля» Николай Овчинников.

Гендиректор производящей удобрения компании «СДС Азот» Игорь Безух объясняет сотрудничество с властью тем, что «Азот» для Кемерово — «это все-таки градообразующее предприятие» (работают на нем шесть тысяч сотрудников; население Кемерово — более полумиллиона человек). Холдинг «СДС», куда входит «Азот», в 2017 году потратит на программы в сферах образования, здравоохранения, спорта в области 392,5 миллиона рублей, еще 10 миллионов — на «организацию летней оздоровительной кампании детей Кузбасса»; запланированы также «поставки 8,5 тысячи тонн благотворительного сортового угля для малообеспеченных кузбассовцев и 389,3 тысячи тонн — на нужды ЖКХ области». Также «СДС Азот», по словам Безуха, построила станцию обеззараживания воды, которая очищает значительную часть городских стоков, и запускает в областные водоемы сотни тысяч мальков хариуса и тайменя для зарыбления рек.

Антон Василенко, руководитель пресс-службы компании «РУСАЛ — Новокузнецкий алюминиевый завод» («РУСАЛ» с 2008 года потратил на «социальные инвестиции» в области более 615 миллионов рублей), в свою очередь отмечает, что «развитие территории присутствия — часть миссии [компании]». При этом представители бизнеса признают, что администрация области не может ответить им ничем существенным — разве что медалями и грамотами. И хотя в большинстве кемеровских офисов, рассуждая о тратах на государственные нужды, говорят о необходимости помогать ближним, некоторые также вспоминают историю Металлургической инвестиционной компании (МИКОМ).

К концу 1990-х МИКОМ, крупнейшими акционерами которой были Михаил Живило и Дмитрий Чиракадзе, контролировала значительную часть экономики Кузбасса — компания владела и управляла алюминиевыми и металлургическими заводами, а также несколькими угольными разрезами. Однако Живило сначала отказался делать отчисления в областной фонд риска, созданный Тулеевым, а затем решил продать Кузнецкий металлургический комбинат — как считалось, аффилированным структурам. Тулееву эти планы не понравились. Через некоторое время компания Живило лишилась активов и была разорена; самого бизнесмена обвинили в попытке организовать покушение на Тулеева, он бежал за границу.


Митинг ветеранов Кузнецкого металлургического комбината, тогда принадлежавшего МИКОМ, против его продажи, 25 октября 1999 года / Фото: Анатолий Кузярин


Глава компании МИКОМ Михаил Живило, март 2000 года / Фото: Александр Курбатов

«Тулееву удалось решить вопрос так, чтобы МИКОМ здесь вообще не стало. Все ныне существующие компании, зная вот эту всю предысторию, охотно сотрудничают с ним, — объясняет Бардокин. — Почему бизнес не бунтует против Путина? Здесь примерно то же самое». Собеседник в одной из угольных компаний пояснил «Медузе», что «когда не находится понимание [с властью], от этого хорошо не бывает ни одной, ни другой стороне».

Переняли практику соглашений и города с районами, которые взаимодействуют с менее крупным бизнесом. «Губернатор настраивает систему, а [чиновники] настраивают руководителей предприятий на то, что необходимо заботиться о человеке, который работает у тебя, который принес пользу, который строил вот те города, в которых мы живем, — поясняет мэр Кемерово Середюк. — В Кузбассе принято чувствовать поддержку. И моральную, и материальную». Его коллега из Новокузнецка, мэр Кузнецов, говорит, что местная власть «дружит» почти со всеми предпринимателями — и благодаря этому может, когда «совсем плохо и в бюджете большая дырка», прийти и сказать: «Слушай, дай вот сюда немного». «Но любое общение — это тоже труд, — оговаривается чиновник. — Такого, что „я сейчас тебя закрою, денег мне дай“, — ну, это не про нас, потому что… Сейчас за это [правоохранительные органы] увозят в Новосибирск. Некоторых в Москву».

По похожей схеме в регионе устроены авансовые налоговые платежи. «Да, мы общаемся с собственниками, говорим: „Слушай, заплати сегодня. Вот у нас проблемы“, — объясняет временно исполняющий обязанности губернатора Владимир Чернов. — Или там нам надо влиться в какую-то федеральную программу, а мы видим, что наполнения бюджета такого нет. То есть мы разово просим, чтобы они авансировали налог на прибыль». Чиновник отмечает, что в Кузбассе «абсолютно все» собственники «адекватные» — «ну, может, единично кто-то там какие-то свои интересы блюдет», — и признает, что зависимость от угольной промышленности является для региона проблемой: колебания цены на углеводороды на мировых рынках в Кемерово ощущаются очень сильно.

Главный праздник Кемеровской области — День шахтера. Каждый год он проходит в новом городе. «Мы выбираем один город, набрасываемся туда всем миром и стараемся его там вычистить от и до», — объясняет исполняющий обязанности губернатора Владимир Чернов. Участвовать в этом приходится и бизнесу — практически в каждом соглашении с областью говорится об обязанности перечислить существенную сумму на День шахтера. «Кто-то там говорит: „Вот у вас там социализм в Кузбассе“. Да ничего подобного! Это нормальный формат взаимодействия бизнеса и власти, — уверяет Чернов. — Здесь ни в коем случае нет никакого прессинга».

Бывший депутат горсовета Новокузнецка Бардокин называет День шахтера «фишкой» Тулеева. «Берет город Междуреченск, собирает всех угольщиков: так, ты реконструируешь дворец спорта, ты строишь новый мост, а ты должен весь асфальт в городе поменять, — объясняет он. — Все — город превращается в картинку. У нас была шутка, что надо делать еще областной День металлурга — заставить „РУСАЛ“ и „ЕВРАЗ“ каждый год это все приводить в порядок».


Празднование Дня шахтера в Новокузнецке, 29 августа 2014 года / Фото: Администрация Кемеровской области

Бизнес работает с властью и по менее серьезным поводам. «Как только начинает сходить снег, у нас четко — санитарная пятница, — рассказывает врио губернатора Чернов про субботники в области. — Все предприятия выходят. Кто-то лучше, кто-то хуже, но выходят все. Это традиция. Ну начинается не добровольно — начинается принудительно. То есть у нас мэры получают эту телеграмму. И вот так по цепочке все это спускается на крупный бизнес, на малый, и все это перерастает в массовые субботники, в которых участвуют абсолютно все».

Сам Аман Тулеев прямо рассказывал, как именно ему удается достичь взаимопонимания с предпринимателями. «Мы приглашаем на разговор, но приглашаем не тех, кто „внизу“, — они ничего не решают, а собственников, — объяснял губернатор. — Поначалу некоторые брыкались, потом приходили, и мы начинали разговаривать. Я говорю: „Хочешь нормально работать, давай договоримся“». Если предприятие не перечисляет деньги, разговаривают уже по-другому: «Берем пять-семь должников и приглашаем на заседание штаба по финмониторингу. Спрашиваем, в чем дело и где налоги, почему не заплатил вовремя? Показываем должников народу, рассказываем в СМИ. И вот это дает результат — знание всех предприятий, экономики, просчет и деловой разговор. Другого пути нет».

В «деловом разговоре» с провинившимися компаниями губернатор может публично пригрозить и ОБЭПом, и уголовным сроком, и лишением лицензии. Может запретить заключать контракты с неугодными. Тщательно следит, чтобы не было протестов, спровоцированных сокращениями и невыплатой зарплаты: «Я уже на рельсах в свое время с шахтерами насиделся». «В июле [2016 года] на шахте „Разрез Инской“ две смены отказались спускаться под землю. Я вызвал бригадира, он говорит, что люди не получают зарплату с апреля. Пришлось вмешаться, чтобы деньги выплатили, — рассказывал Тулеев.— Следствие вызывало для допроса основного акционера шахты, там уголовное расследование ведется».

Эта история, впрочем, закончилась неожиданно для губернатора. Через четыре месяца после этого интервью Тулеева, в ноябре 2016 года, Следственный комитет РФ возбудил уголовное дело о вымогательстве акций шахты «Разрез Инской» у ее владельца Антона Цыганкова. Подозреваемые — руководитель следственного управления СК по Кемеровской области Сергей Калинкин, а также заместители губернатора Алексей Иванов и Александр Данильченко (отстранены от должности и находятся под домашним арестом). Последний незадолго до ареста рассказывал «Коммерсанту», что власти Кузбасса «дали понять» Цыганкову, что он не выполняет свои обязанности и должен передать компанию новому собственнику. Администрация Тулеева ранее уже способствовала смене владельцев в частных компаниях: так, в 2007 году после взрывов на двух шахтах Тулеев говорил, что руководство «ЕВРАЗа» сказало ему, что «не допустит подобных аварий», — и вскоре владельцем компании «Южкузбассуголь», которой шахты принадлежали, стал именно этот холдинг.

После ареста своих подчиненных Тулеев заявил, что обвинения в их адрес считает «абсурдными», — и объяснил происходящее борьбой за власть в регионе. «Они [обвиненные чиновники] никому не нужны, — сказал он. — Скорее всего, нужен губернатор. Я это ощущаю давно, года два — идет сильная драка». Разговоры о том, что Тулеев скоро уйдет в отставку, усилились после того, как в этом году он многократно продлевал свой отпуск из-за операции на позвоночнике и последующих осложнений. На публике губернатор не появлялся с апреля; последние несколько месяцев первый заместитель Тулеева Владимир Чернов исполняет обязанности главы региона.


Нынешний и. о. губернатора Владимир Чернов ведет заседание администрации Кемеровской области, 11 мая 2017 года / Фото: Администрация Кемеровской области

Член регионального штаба Общероссийского народного фронта и руководитель социального проекта «Открытый город» Максим Учватов говорит, что в области из-за отсутствия губернатора «управленческий хаос». «Часть [чиновников] под арестами, часть написала заявления, еще часть в отпусках и неизвестно когда выйдет, — объясняет он. — Некоторые выходят и сразу пишут заявление — вроде заместителя [губернатора] по строительству [Евгения] Бухмана (ушел в отставку 17 июля — прим. „Медузы“)». За последние месяцы шесть заместителей Тулеева по разным причинам покинули свои посты.


Tags: Государство, Политика, ТОС
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments