May 11th, 2016

Слова и названия, которые раньше имели другой смысл.

Путь русско-украинского нациста Димочки

Оригинал взят у mikle1 в Путь русско-украинского нациста Димочки
Многие привыкли сами придумывать приятную для себя картинку, а потом пытаться переделать под нее оригинал. Путь не самый лучший. Предлагаю несколько иное решение проблемы.

Украинские националисты такое же разношерстное общество, как и их русские коллеги, которые прекрасно понимают, чем они отличаются от своих бывших «побратымов», и почему они никогда рядом не сядут в одной электричке на одну лавку. Тем не менее, при всем их разнообразии, это не мешает им делать одно дело. Многие годы, даже сейчас, находясь формально по разные стороны фронта. А иногда - и по одну - в одном окопе.

В качестве объекта исследования, я выбрал Дмитрия Резниченко. Причины для этого две. Во-первых, он сам очень много пишет о своих похождениях, очень любит это делать, и во-вторых, он, в отличие от многих своих «побратымов», во многом искренен и не умеет хорошо маскировать свои мысли.

До 2012 года кроме родных и братьев по идее, мало кто знал о существовании этого человека. В тот год он участвовал в потасовке во время акции «по защите прав украинского языка». Эта фотография тогда облетела всю Украину (Резниченко с баллончиком в футболке "Свободы").

националисты, столкновения, полиция

Запомните футболку, в которой изображен Дмитрий, — это нам еще пригодится далее. Тогда наш главный «герой» получил свой срок два года условно и поврежденную руку, которая до сих пор полностью не функционирует. Это впоследствии заставило его отказаться от профессиональных занятий рукопашным боем.

Но я бы хотел начать рассказ об истории его падения немного раньше, с 2007 года. Тогда в жизни Дмитрия произошло два весьма знаковых события. Он женился и отверг своего первого духовного учителя Дмитрия Корчинского.

Collapse )

Староверы и комиссары

Оригинал взят у izborskiy_club в Староверы и комиссары
1816-star

О происхождении русского социализма - старообрядческий «след»

Попытки разобраться в истоках социализма, сыгравшего судьбоносную роль в нашей истории, не прекращаются как в отечественной, так и в зарубежной науке. Почему русский народ оказался так восприимчив к пропаганде социалистических идей? — этот вопрос волновал не одно поколение исследователей.

Среди специалистов популярностью пользуется тезис о том, что социализм в его марксистском облике представляет собой "инородное тело", занесённое на наши просторы с Запада. Причём российские интеллектуальные круги не внесли заметного вклада в "рождение" социалистической доктрины, выступая по большей части ретрансляторами наработок европейских мыслителей (Сен-Симона, Фурье, Маркса и т.д.).

Народные слои с трудом воспринимали обращённые к ним пламенные призывы. Тем не менее, несмотря на такие итоги, никто не ставил под сомнение жажду русских людей к справедливости, к солидарности, то есть ко всему тому, что поднимала на щит социалистическая теория. Становилось понятным, что эти базовые принципы устройства жизни возникли не как следствие "просветления" масс, познакомившихся с определёнными теоретическими установками, а представляли собой глубинное явление, отражавшее исторический генезис народа.

Заметим, первым, кто буквально нащупал эту истину, стали не отечественные интеллектуалы, а российский император Николай I. Вступив на престол под залпы восстания декабристов, он постоянно был озабочен выявлением всего, что несло угрозу самодержавному правлению. В частности, его тревожила популярность европейских социалистов, набравшая силу на Западе. Уже в 1830-х годах под эгидой МВД снаряжались специальные экспедиции в различные регионы страны. Перед ними ставилась задача выявить влияние посторонних личностей, особенно внешних врагов государства с их "якобинскими воззрениями".

Одна из таких известных нам по документам поездок состоялась в 1838 году, когда майор III отделения А. Васильев посетил около двадцати губерний. Однако судя по материалам, он не смог обнаружить какого-либо иностранного следа, зато чиновник чётко указал на другой источник смуты, вызвавший у него самое серьёзное беспокойство. Васильев повёл речь о староверии, влияние которого в народных низах оказалось весьма значительным. В его донесениях с тревогой оценивалась неблагонадёжность раскола, где крайние формы сопротивления (открытый бунт, самосожжения и т.п.), конечно, уходят в прошлое, но повсюду продолжает "тлиться дух дерзновеннейшего отвержения власти царя и гражданских законов". Наиболее зримо, по его наблюдениям, это ощущалось в Москве, где настрой на неповиновение лучше, чем в других местах, замаскирован религиозностью.

Collapse )