Михаил Герасимов (mumis34) wrote,
Михаил Герасимов
mumis34

Различия русского и западного неоязычеств / Дискуссии накануне Новой Эпохи (Эры Водолея) / начало

Оригинал взят у mamlas в Различия русского и западного неоязычеств / Дискуссии накануне Новой Эпохи (Эры Водолея) / начало
Ещё о современном язычестве и русском национализме

Эра Водолея и русское мессианство
Отрывок из книги «Арийский миф в современном мире» / Главы / Статья 2015 года

Отрывок из книги «Арийский миф в современном мире» об идеологии New Age, особенностях неоязычества в России и эсхатологических ожиданиях русских национал-патриотов. ©



___
Гравюра 26 «Водолей, Южная Рыба и Воздушный Шар» из набора карт созвездий «Зеркало Урании», опубликованного в Лондоне около 1825 года Самуэлем Ли (United States Library of Congress's Prints and Photographs division, ID cph.3g10072)

Совместно с издательством «Новое литературное обозрение» мы публикуем отрывок из книги «Арийский миф в современном мире» доктора исторических наук Виктора Шнирельмана, посвященной истории идеи об «арийской общности», процессу конструирования арийской идентичности и бытованию арийского мифа как во временном, так и в политико-географическом измерении.

«Новое литературное обозрение» — издательство интеллектуальной литературы

Настаивая на своей оригинальности, русское неоязычество на самом деле отражает тенденцию, охватившую за последние несколько десятилетий весь западный мир. Речь идет о растущей популярности дохристианских, восточных и эзотерических религий, в которых все большее число людей видит путь к преодолению мирового кризиса — экологического, экономического, социального и духовного (Adler 1986). Немало этих неофитов прямо связывают кризис с двухтысячелетним господством монотеистической «иудеохристианской» религии, обвиняя ее в антропоцентризме, оправдании эксплуатации, преследовании меньшинств и стремлении упразднить культурное многообразие (Bonewitz 1971: 200; Adler 1986: 18—19, 35, 365; Fry 1990: 335; Ringel 1994: 66). Сторонники этих идей видят выход в возвращении к языческим верованиям, способным, на их взгляд, выработать более бережное отношение к природе и культивировать толерантность и эгалитаризм. Одним из важных компонентов современного западного неоязычества является феминизм, причем до такой степени, что в ряде случаев он выглядит как бы «монотеизмом наоборот», то есть культ сводится к поклонению «Богине-Матери» и руководство им осуществляется исключительно жрицами.

Нетрудно заметить, какую огромную роль в западном неоязычестве играют современные западные ценности — стремление сохранить и упрочить личную свободу, акцент на эгалитаризме, сочувственное отношение к меньшинствам, установки на культурный плюрализм и бережное отношение к природному наследию. В этом смысле современное неоязычество органически вписывается в более широкое движение «Новая Эпоха», предрекающее наступление «духовной революции», якобы способной кардинально изменить натуру человека и тем самым спасти человечество от надвигающейся катастрофы (Ferguson 1981).

В то же время как неоязычество, так и движение «Новая эпоха» не являются неким однородным целым. Напротив, они включают целое соцветие весьма разнообразных и порой противоречащих друг другу идей, мировоззрений и рецептов на будущее, среди которых есть и весьма сомнительные. В частности, некоторые группы культивируют веру в то, что путь к спасению лежит через чистоту культуры и чистоту крови; они стоят за изоляционизм и прекращение иммиграции (Harvey 1996: 60).

Родоначальницей движения «Новая эпоха» считается англичанка Элис Бейли, сформировавшая свою концепцию в 1940-х гг. В ее оккультном учении, как в капле воды, отражаются все присущие этому движению противоречивые тенденции. Верная последовательница Блаватской, Бейли воспринимала XX век в апокалиптических тонах как век всемирной катастрофы, на смену которому скоро придет новый Золотой век. Наше время ей виделось как сложный переходный период от эры Рыб к эре Водолея. Она выступала против социальной несправедливости, авторитарных и тоталитарных режимов, расовой ненависти и идей расового превосходства, неравенства полов, войн и беззаконий и, наконец, засилья материализма и бездуховности. Она жила ожиданием эры Водолея, которая покончит с хаосом, «засвидетельствует восстановление внутреннего духовного водительства на высшем витке спирали» и даст народам Земли покой (Бейли 1994б: 16–18, 74, 117). Путь к этому она видела в установлении по-настоящему единой человеческой цивилизации, единой и в политическом (Мировая федерация наций) и в духовном отношении (Новая мировая религия) (Бейли 1994а: 167–173; 1994б: 55, 163).

В этом контексте Бейли и рассматривала проблему евреев, считая ее одной из кардинальных для современного мира, и именно здесь ее внешне гуманная концепция оказывалась в плену у традиционного христианского антисемитского мифа. В евреях она признавала «продукт человечества прежней солярной системы» и считала, что их «эгоизм, корыстолюбие и сознательное стремление к самоизоляции» губительно сказывается на современной обстановке и мешает достижению гармонии и полного взаимопонимания между людьми. «Древняя склонность евреев захватывать и удерживать, а также сохранять свою расовую и национальную чистоту является их отличительной характеристикой», — писала Бейли. Ее отношение к евреям было двойственным, сочетавшим некоторое уважение, вызываемое мистическим ужасом в связи с тайной их происхождения и особой ролью на Земле, с отвращением, требующим поскорее с ними покончить. Бейли полагала, что предками евреев были некие «падшие ангелы», не подчинившиеся «планетарной Иерархии» еще в эпоху Лемурии и убившие своего Мастера. С одной стороны, в силу этого они обладали определенным могуществом, будучи носителями тайных знаний, но, с другой, это могущество имело злое начало, поскольку своими истоками восходило к нарушению порядка и даже убийству. Поэтому, заявляла Бейли, хотя закон Моисея и царит сейчас на большей части мира, он искажает исходный замысел и мешает осуществлению истинной законности (Бейли 1994а: 363–370; 1994б: 41–42).

Мало того, утверждала она, евреи никогда не понимали возложенной на них миссии и были справедливо наказаны за то, что отвергли Мессию. Участь евреев представлялась ей следующим образом: «Древние формы, характерные для освобождения евреев, к настоящему времени устарели и должны быть отброшены. Столь же достоверно, что, отвергнув Мессию в лице Христа, еврейская раса осталась, метафорически и практически, под знаком Овна, Барана, или Козла Отпущения; евреям суждено было существовать и под знаком Рыб, опять-таки символически, чтобы признать своего Мессию, когда он появится под знаком Водолея». Она доказывала, что наступает конец двухтысячелетней эры Рыб, когда господствовало «реакционное» христианство, и близится эра Водолея с ее духовным обновлением. Поэтому, вещала она, христианство в его прежнем виде, основанное на еврействе, должно исчезнуть, так как уже не удовлетворяет потребностям человеческой эволюции (Bailey 1976: 534. См. также: Бейли 1994б: 160—161; 1995: 90). Должно исчезнуть и само еврейство, слившись с остальным человечеством, утверждала Бейли. Только тогда люди осознают единство своего происхождения и откажутся от былой ненависти к евреям (Бейли 1994а: 370).

Иными словами, в эзотерическом учении Элис Бейли содержатся расистские и антисемитские мотивы, и неудивительно, что ее последователи призывают очистить христианство от «еврейского наследия» и отказаться от «еврейской Библии» с тем, чтобы благополучно вступить в эру Водолея (об этом см.: Brearley 1994: 261—265). Одним из таких последователей является американский теолог Мэтью Фокс, который в предчувствии наступления «Новой эпохи» призывает кардинально реформировать христианство, освободив его от «жестокого» «племенного» библейского Бога Израиля. Он отвергает и саму Библию как «рукотворное» и потому «бесполезное» произведение. Он отвергает и «еврейского Иисуса» ради будущего «космического Христа сексуальности».

Его теология основывается не на Боге, а на Творении, и он торжественно вводит в божественный пантеон Богиню, Землю-Мать.

Эту экстравагантную новую религию, отметающую как иудаизм, так и ортодоксальное христианство, он объявляет глобальной религией будущего, солидаризируясь в этом с Элис Бейли. При этом он клянется, что тем самым оживляет истинную еврейскую духовность, и заявляет, что только антисемиты и фашисты могут выступать против его теологии! (об этом см.: Brearley 1994: 264). Примечательно, что все эти представления перекликаются с учением итальянского фашистского философа Ю. Эволы, которому современная эпоха также виделась временем крайнего упадка, начавшегося в VIII–VI вв. до н. э., и он предрекал скорую катастрофу, за которой наступит обновление и начнется новый Золотой век (Эвола 1995; Sheehan 1981: 61–62).

Именно эти идеи с благодарностью восприняли современное русское неоязычество и новый оккультизм, «обогатив» их традиционными сюжетами и настроениями, свойственными адвокатам «Русской Идеи». Далеко не случайно в первой половине 1990-х гг. в России, наряду с трудами мадам Блаватской, активно переводились и публиковались работы Элис Бейли. Русским националистам ее идеи могли тем более прийтись по душе, что она предоставляла России особое место в обновленном мире — именно из России, по ее мнению, должна была прийти новая общечеловеческая религия, которая зальет человечество Солнцем Правды (Бейли 1994б: 69–70).

Русское неоязычество является радикальной разновидностью консервативной идеологии, отличающейся откровенным антиинтеллектуализмом и популизмом. Оно видит причину всех современных бед в предательстве по отношению к «исконно русской» идеологии — славяно-русскому язычеству, в котором якобы концентрировалась мудрость предков. В соответствии с этим путь к спасению должен лежать через отказ от губительной идеологии «иудеохристианства», будто бы ставящей своей целью культурную нивелировку и прежде всего уничтожение русской культуры.

В этом, кстати, русские неоязычники кардинально отличаются от Бейли, которая обвиняла евреев в «сепаратизме» и видела в них последнюю преграду на пути к единой безнациональной мировой цивилизации (см.: Bailey 1976: 634; Brearley 1994: 261–262). Русская неоязыческая газета «Родные просторы» с благодарностью и пониманием перепечатала статью известного швейцарского расиста Г. А. Амодрюза, направленную против понимания эры Водолея как эпохи установления якобы подлинного единства человечества во главе с мировым правительством. Этот автор призывает к культивации «расизма с положительным знаком» в стиле «Новых правых» (Amaudruz 1993). Зато Мигель Серрано прямо писал о том, что эра Рыб была неблагоприятной для «арийцев-гиперборейцев». Он с нетерпением ожидал прихода эпохи Водолея, когда будто бы должны вернуться боги и герои, предтечей которых он называл Гитлера как «последнего аватара» (Серрано 1994). В свою очередь Амодрюз превозносит Россию как страну, где «белая раса» якобы сохраняется в наиболее чистом виде и где не преследуется расистская пропаганда. Он призывает к освобождению Европы от «биологических отбросов», к возвращению «африканцев в Африку» и «азиатов в Азию» и превращению Объединенной Европы в «оплот белого мира». Он верит, что и Россия будет активно участвовать в «спасении белой расы» и сделает свой вклад в «арийское возрождение». Эти его рассуждения были с энтузиазмом встречены расистами в России и неоднократно перепечатывались расистскими и неоязыческими СМИ (Амодрюз 2001).

В этом контексте русское неоязычество и оживляет извечные для русского национализма антизападнические настроения. Тем самым, оно имеет ярко выраженный этнонационалистический характер, и это первая особенность, отличающая ее от западного неоязычества. Второй особенностью являются этатистские имперские устремления, направленные на спасение и восстановление «Русской империи», чему и служит историософский миф, призванный обосновать исконные права «славян-русов» на обширные территории в Европе и Азии. Здесь весьма пригодным оказывается «арийский миф», который русские неоязычники рисуют как извечную борьбу «славян-арийцев» против «злокозненных семитов». Правда, в последние десять лет часть неоязычников увлеклись идеей «славянского сепаратизма», призывающего к раздроблению России на несколько чисто русских национальных государств, где не будет никаких этнических меньшинств. В любом случае многим русским неоязычникам социальные и политические проблемы кажутся не в пример важнее религиозных. Причем в этом контексте их все больше привлекает идея «чистоты арийской крови».

Все это объясняет и третью особенность русского неоязычества, для которого, в отличие от его западных аналогов, феминистские и природоохранные сюжеты представляются формальными и второстепенными. Апеллируя к «исконным ценностям» далеких предков, русское неоязычество вынуждено хранить верность патриархальным традициям, и руководство как языческими общинами, так и политическими партиями осуществляется, как правило, мужчинами. Что же касается экологического аспекта, то оно делает акцент прежде всего на «экологии культуры» и легко перекидывает отсюда мостик к «чистоте крови». По сути дела, современное русское неоязычество является первой серьезной попыткой принести расовую доктрину на русскую почву и привить ее русскому национализму.

Многие из рассмотренных выше концепций имеют пророческую, мессианскую направленность. В них нередко встречается утверждение о грядущей смене эпох: эра Рыб, тяжелая и страшная, должна скоро смениться счастливой эрой Водолея. Вот что пишет по этому поводу известный астролог, пропагандист оккультных наук П. Глоба: «Мы представители авестийской традиции... Люди, живущие на нашей территории, являются генетическими носителями этой традиции. Не случайно на стыке двух эпох — эпохи Рыб и грядущей эпохи Водолея (Россия находится под знаком Водолея) у нас в стране так возрос интерес к этим знаниям... Грядут Великие Времена, и мы должны стать активными участниками этих перемен» (Глоба 1992: 3. См. также: Каневская 1990; Величко, Мансуров 1996). Т. Глоба добавляет к этому, что к началу эры Водолея, «когда придет время конца тьмы и лжи», «арии» должны вернуться к своим истокам, и «Россия будет владеть миром, подарит человека будущего и новое мировоззрение» (Глоба Т. 1991; 1993б: 51, 57, 59, 70; 1994а: 31).

Президент Международной рериховской ассоциации В. М. Сидоров повторял вслед за своим кумиром, Н. Рерихом, что именно в России в эру Водолея «свершится таинство воплощения третьей ипостаси Бога Единого — Духа Святого» и это будет «эпоха Русского Века» (Сидоров 1996: 20, 23, 31). Другие эзотерики провозглашают окончание «эпохи Калиюга», или эпохи Рыб, «эпохи войн и беззаконий» и вступление человечества в эру Водолея, «эру мира и справедливости» (Дмитриева 1992: 40–41, 209, 241; Васильев Э. 1995: 4). С ними в этом солидарны кришнаиты (Мочалова 1996: 113–114; Данилов 1996: 101), юсмалиане и виссарионовцы (Ахметова 2010: 73) и уже известный нам писатель Щербаков (Щербаков 1992: 268, 357, 370; 1996г: 3). О благословенной космической эре Водолея, будто бы призванной вернуть человечество «к состоянию исходного первозданного благоденствия», пишет и бескомпромиссный борец с христианством писатель В. Б. Авдеев (1994: 168–169). Культурный центр «Вятичи» торжественно объявляет конец «ночи Сварога» и «утро нового великого дня богов» на пороге 3-го тыс. (Сперанский и др. 1997: 23). Считающий себя православным, альманах «Волшебная гора» также обеспокоен приближающейся экологической и социальной катастрофой и предвещает человечеству серьезные изменения (см., напр.: Кожинов 1994).

С. Антоненко вещает: «Согласно многим пророчествам, в нынешнее время, непосредственно предваряющее эсхатологическую эпоху мирового конца, возможно (на относительно короткий, впрочем, срок) возрождение реалий давно прошедших эпох... Наступает время “снятия печатей” — открытия мировых тайн, погребенных под спудом веков». Одну из этих тайн ему не терпится открыть самому: «Русская культура и древнеславянская религия имеют несомненную генетическую связь с ведической традицией, древнейшей на земле» (Антоненко 1994: 83).

Какие-либо сомнения в арийстве русских или в уместности арийской идеи в целом немедленно пресекаются.

Только будучи врагом России, можно высказывать такие сомнения, считает Т. Глоба. Она пишет: «Те, кто боится будущего пути России, на который предстоит ей встать в конце века, очерняют и арийцев детей Неба и арийскую расу в целом» (Глоба Т. 1994а: 32).

Все упомянутые взгляды пронизаны эсхатологией и основаны на концепции циклизма, отождествляющей историческое развитие с разложением некоей Примордиальной традиции. Завершение каждого цикла рисуется глобальной катастрофой, после которой происходит возвращение к исконной Традиции и восстановление гармонии. Эта концепция восходит к философским учениям древности, и прежде всего индуизму, откуда и черпают свое вдохновение многие нынешние русские традиционалисты, стремящиеся совместить это с современным научным знанием. Вот, например, как это делал математик из МГУ В. А. Колосов, по-своему использовавший представления современной археологии о смене эпох в далекой первобытности. В основу всемирного развития он положил идею о вечной борьбе между силами разрушения («асурами») и силами порядка («дэвами»), что в индуистской традиции представлено соперничеством рудраизма и вишнуизма. В соответствии с индуистской традицией он писал о глобальных исторических циклах (по 8640 лет), якобы подразделявшихся на четыре эпохи по 2160 лет каждая. Эти четыре эпохи выражают круговорот базовых элементов — земли, огня, воды и воздуха, символом чего служит левосторонняя свастика.

Наше время, по Колосову, знаменует конец цикла, начавшегося в результате преодоления предшествующего экологического кризиса эпохи мезолита путем «научно-технической революции», то есть переходом к земледелию и скотоводству. Более ранний цикл этот автор связывал с отступлением ледника и заселением Евразии «предками индоевропейских народов», которых он, похоже, связывал с кроманьонцами и считал следствием мутации, вызванной «массами талой воды». С этими «индоевропейцами» он почему-то отождествлял капсийскую культуру Северной Африки, представляя ее в виде «общемировой атлантической цивилизации».

Далее, Колосов делил народы на «асурические» и «дэвовские». По его мнению, именно первые, живущие на севере Европы и Азии, являются носителями нордических достоинств. Любопытно, что теперь он уже забывал об индоевропейцах и противопоставлял протестантов католикам, настаивая на том, что различие между ними имеет «биологический» характер. Первых он относил к асурам, а вторых — к дэвам. К асурам с присущим им прирожденным творческим началом он причислял и русских, всячески пытаясь обособить их от «неискоренимо южного славянско-православного мира». Именно асурам с их буйным воображением и бесконечной способностью к изобретательству мир должен быть обязан техническим прогрессом. В частности, автор утверждал (впрочем, безо всяких на то оснований), что, хотя первые цивилизации возникли на юге, их создателями были пришельцы с Севера. Вместе с тем творческая деятельность асуров всегда в конечном итоге приводит мир к разрушению. Поэтому асуры не способны вечно господствовать, и доминирование в мире осуществляется поочередно то северными, то южными народами (Колосов 1995).

Нетрудно заметить, что эта концепция, подхваченная, как мы видели рядом писателей и неоязыческих идеологов, проникнута расовым началом. Ведь автор настаивал на том, что между асурами и дэвами лежат непреодолимые генетические барьеры. Мало того, отсутствие «нордических генов» якобы ведет к упадку цивилизаций. Правда, неожиданно для читателя Колосов причислял к «нордическим народам» не только арийцев, но и семитов (Колосов 1995: 9–11).

Подобно упомянутым выше авторам, Колосов называл эру Рыб временем упадка и разложения, что, по его мнению, было следствием введения ряда «жизнеотрицающих» мировоззренческих систем типа гностицизма и манихейства на рубеже новой эры. Любопытно, что раннее христианство в этот ряд не попадало — оно никак не укладывалось в систему автора, и он его попросту не замечал. Он вспоминал о христианстве чуть позже, говоря о создании «жизнеутверждающих» мировых религий «нордическими народами» в эпоху раннего Средневековья. Среди таких религий назывались православное христианство, ислам, северный вариант буддизма и даже индуизм (Колосов 1995: 11). Разумеется, трудно спорить с тем, что многие современные культуры сложились под большим воздействием этих религий. Но какое отношение к этому имели «нордические гены», остается тайной автора. Мало того, по одному ему ведомой логике, связывая создание мировых религий с северным творческим началом, автор в то же время говорил об их южном происхождении. Якобы именно это вызвало реакцию в Европе, выразившуюся в Реформации, что снова привело к доминированию асуров и, как следствие, обусловило научно-технический взрыв. Так, мир с ужасающей скоростью устремился к новой глобальной катастрофе, когда в поисках спасения народы должны обратиться к Абсолютному Началу, к Рудре, обитающему на сакральном Севере. Вот почему сейчас огромное значение приобретает «нордическое человечество», во главе которого, по уверениям автора, призвана встать русская нация. Только она якобы и способна вернуть миру Исконную традицию в преддверии эры Водолея. Заканчивая повествование на такой оптимистической ноте, автор предлагал свою концепцию в качестве идеологической основы русского национал-демократического движения (Колосов 1995: 12).

Чего ждут русские национал-патриоты от эры Водолея? Следует отметить, что рассматриваемые здесь идеологии отличаются крайним этноцентризмом. По словам национал-социалиста А. Елисеева, «нравственно и оправданно то, что на благо нашему Богу и нам — Русским, славянам, арийцам». Какие-либо общечеловеческие гуманистические ценности, безусловно, отметаются (Елисеев 1995в: 9). Поэтому если Сидоров ожидал от грядущего века воплощения принципа ненасилия, а Авдеев тщательно старается обойти национальный вопрос и видит ущербность эры Рыб в господстве монотеистических религий, то совсем в иных тонах эту тему излагает национал-патриотическая неоязыческая газета «За Русь» (Новороссийск). Противопоставляя «белых» «евреям», она целенаправленно подчеркивает их непримиримые различия, касающиеся и исторического пути: когда у белых настали «худшие времена Калиюги», евреи якобы переживали расцвет своей цивилизации. В то же время это внушает газете и некоторый оптимизм. Она пророчествует о скором объединении народов мира во главе со славянами, что должно привести к окончанию времени самозваных «сынов-божьих», которым суждено скатиться назад к первобытности (Комлев 1997).

Основанный русскими неоязычниками в 1998 г. журнал «Русское чудо» следующим образом характеризовал тех, кто родился под созвездием Рыб: «Картавость. Люди, не произносящие букву “р”, не способны задействовать очень важную область мозга, ответственную за развитие высших способностей, позволяющих перейти на новую ступень развития. В древности эта область мозга называлась “колокол”. Читатель, знакомый с нерусскими языками и часто общающийся с иностранцами, может без труда определить, каким народам, нациям присущ данный признак вырождения» (Древние арьи 1998).

Еще определеннее высказывалась газета «Русский порядок», орган Русского Национального Единства А. Баркашова. Она прямо писала о том, что под созвездием Рыб находится якобы иудейский народ, а под знаком Водолея расположен русский народ, носитель Провидения, которому суждено будет победить Мировое Зло и спасти человечество (20 марта... 1993). Сам Баркашов, считающий себя православным, избегал прямой апелляции к астрологии. Но и он патетически провозглашал начало Эры России, которая, по его мнению, сперва выразится в «наведении порядка» в самой России, за чем должно последовать ее господство в мире. Баркашов детально объяснял, что означает «наведение порядка». Ведь, по его словам, дело не сводится к геноциду русского народа, который евреи якобы устроили после 1917 г.

Нет, конфликт имеет гораздо более глубокие религиозные корни, ибо русский народ — это Народ-Богоносец, а евреи — богоборцы, воплощение абсолютного зла, Дьявола.

А поэтому «Россия возрождается сегодня не как “общее экономическое пространство”, а как метафизическая сущность — проявленный в мире оплот Бога, для последней схватки с абсолютным злом — дьяволом и его порождением — химерической, богоборческой западной цивилизацией во главе с Израилем и США» (Баркашов 1994а: 25, 58–59). И ничтоже сумняшеся Баркашов объявлял, что 21 сентября — 4 октября 1993 г. началась «освободительная борьба русской нации против антирусской, просионистской, проамериканской диктатуры... за освобождение от 76-летнего иудейско-коммунистического ига» (Баркашов 1994б: 1–3).

В целом с Баркашовым была солидарна видная деятельница неоязыческого Союза венедов, член КПРФ Н. И. Талдыкина (Талдыкина 1993). Украинский поклонник венедов У. Росин тоже сетовал на то, что в эру Рыб «белые люди стали уступать мир», и призывал «возвратить мир себе» (Росин 1998). Газета венедов «Родные просторы» предрекала гибель «цивилизации ссудного процента и рабства» в 2003 г. А чтобы «расены» были к этому готовы, им полагается изучать «героизм императора Тита, разрушившего Иерусалим» (Остромысл 1998). К чему бы это? Не иначе как венеды хотели бы видеть столь же масштабные и эффективные гонения на евреев в преддверии эры Водолея. Патриарх современного русского неоязычества Доброслав осуждал «иудохристианское мракобесие», якобы приведшее цивилизацию к экологической катастрофе. Он предсказывал, что Ярило-Солнце скоро сожжет нынешнюю цивилизацию и уничтожит наиболее чувствительных к повышенному ультрафиолетовому излучению. Таковыми Доброслав называл прежде всего евреев — ведь алтарь храма Соломона был обращен на Запад, и это якобы свидетельствует о ненависти евреев к Солнцу. Следовательно, скоро иудохристианский мир погибнет, и это положит начало «нашей новой эры». Похоже, выжить удастся лишь «новым людям», к чему и должны готовить себя солнцепоклонники, последователи Доброслава (Доброслав 1995а; 1996а). Аналогичным образом, другой воинствующий неоязычник предрекает возрождение языческих богов в эру Водолея, когда «арийская мощь» должна наконец одержать победу над «еврейским дьяволом» (Истархов 2000: 9, 61).

Иногда дело обходится без религиозной риторики, и на первый план выходит русская мессианская идея. Например, национал-социалист Я. Бутаков утверждал, что в мире ведется борьба между двумя мессианскими идеями — русской, несущей абсолютное Добро, и американской с ее абсолютным Злом. При этом, настаивал он, последняя основана на сионистской идеологии, идущей «от Дьявола». Вслед за Достоевским он повторял, что лишь один народ в мире может служить носителем Божественной истины и этим народом, естественно, является русский народ. Насилуя исторические факты, он рисовал Московскую Русь раем для всех входивших в нее народов и обвинял просветителей Петровской эпохи в том, что они якобы подорвали здоровый дух русской нации. Он призывал русских заново строить империю и взять на себя духовное руководство миром. При этом он полностью отбрасывал призывы того же Достоевского к «всечеловечности»: «Готовясь руководить духовным возрождением мира, мы должны начисто отбросить всякие масонские идейки насчет “всечеловечности” Русской идеи» (Бутаков 1995: 24). Остается неясным, на какое «идейное руководство цивилизацией» будет способен такой крайний этноцентризм.


Tags: Евреи, Национализм, Религии, Язычество
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments